Vitamins, Supplements, Sport Nutrition & Natural Health Products, Europe

Хорошая злоба и плохая злоба

Злоба является хитрым стрессом. Например, злоба на конкретного человека хорошо понятна всем. Но злоба на ситуацию, на проблему, на помеху вызывает в душе смятение. Когда я говорю, что и это — злоба, то иной человек впадает в задумчивость. Сам бы он до этого никогда не додумался. В лучшем случае он спрашивает: «Кому же я причинил вред этой злобой, раз вынужден страдать сам?»

Когда я разъясняю людям сущность добра, что мы творим для других, у них иной раз возникает такой паралич мысли, что продолжать беседу бывает небезопасно. «Выходит, я всю жизнь все делал неправильно! Неужели я всю жизнь все делал неправильно?» В словах этих звучит такое отчаяние, что человеку уже не втолковать, что на ошибках учатся и что так было всегда. Повторный паралич мысли приводит уже к раздражению — кто-то смеет говорить, что он ошибался.

И тогда может случиться, что чрезвычайно депрессивный и покорный человек становится вдруг на удивление агрессивным: «Ах, значит, Вы утверждаете, будто я всю жизнь прожил неправильно!» Он был таким послушным и преданным государству, а тут является некто и ставит его принципы с ног на голову. Этого нельзя допустить. Пусть лучше я буду страдать. Переоценка жизненных уроков развязывала войны и прежде.

Будет правильнее, если человек прощением освободит свои стрессы, а не станет пытаться понять других, жертвуя собой, чтобы затем совершить для других какое-нибудь доброе дело. Понимание других — дело трудоемкое, да и ошибиться можно, а освобождая свой стресс, мы открываем дорогу тому хорошему, в котором нуждаемся сами. Например, освободив злобу: «все равно то хорошее, что я могу дать, никому не нужно», я увижу вдруг на пороге человека, которому нужно именно это хорошее.

Стресс является стрессом до тех пор, пока он во мне закреплен. Если я прощением отпускаю его на волю, то он может превратиться в энергию любви. Это изменение в своем теле я могу ощутить в виде чувства, которое именуется хорошим для меня именем.

Хорошая злоба — это злоба, выпущенная на свободу. Плохая злоба — это злоба, которую я держу в себе в плену. Тому, кто лишает кого-то свободы, не может быть хорошо.

Среди негативных стрессов наибольший удельный вес имеет злоба.

У кого выпучена верхняя часть живота, тот в злобе стремится вперед. Самопринуждение приводит к выпученности живота. Его живот должен пробиваться сквозь жизнь, словно нос ледокола. Вот возьму и всем назло докажу, что я лучше всех. А если не удастся на этот раз, то напьюсь, заявлю во всеуслышание о своем поражении (все лучше, чем лопнуть изнутри) и попытаюсь снова. Во имя хорошего средств не выбирают. А если и новая попытка сорвется, то злоба возрастает и начинает разрушать.

Простите тому, что Вы злобно протискиваетесь сквозь препятствия, тогда перед Вами откроются ворота. И хорошее само придет к Вам. Тогда отпадет надобность в большом животе.

Нереальное желание, вызывающее злобу своей неисполнимостью, приводит к грыже. Большинство нереальных желаний относятся к сфере экономики, поэтому грыжа чаще всего бывает в нижней части живота и на месте шрамов от ран. Нижняя часть тела соотносится с прошлым, верхняя — с будущим. Если у разочарованного в жизни человека жажда наживы внезапно прорывается в будущее, то происходит ущемление диафрагмы. Проще говоря, если человек задумал штурмовать будущее со злобой «все равно у меня это не получится», то тело ограничивает его дыхание, чтобы человек осадил себя от острой нехватки воздуха и не совершил бы еще большей ошибки.

Кто начинает признавать незримую сторону жизни, сознавать свою естественную негативность, тот начинает терять в весе. Тогда ногам становится легче бегать, а человеку — легче делать то хорошее, что достигает нужной цели в нужное время. Ведь нет смысла пускать хорошее на ветер.

Кто сумеет избавиться от навязывания своей воли другим, у того начинает уменьшаться жировая ткань на спине. Кто сумеет избавиться ОТ чувства, что без меня ничего не сделается, без моего вмешательства у них все равно ничего не получится, у того начинают уменьшаться жировые отложения на животе и груди.

Кто говорит сердито, что теперь-то я насижусь вволю — самому мне ничего не надо, а ради других не сдвинусь даже с места, у того раздается вширь задница. У мужчин такой стресс бывает редко, однако становится все более распространенным. Мужественность есть устремленность вперед, и мужчина хочет идти, покуда хватит сил.

В ком засела злоба «не могу я рассиживаться и наслаждаться жизнью, как другие, поскольку не позволяет материальное положение», у того зад раздается еще больше. В ком засела злоба «я должен заставить себя встать, так как без меня они не справятся», у того лишняя жировая ткань поднимается с зада на талию. У мужчин с таким стрессом талия расширяется до умопомрачительных размеров.

У женщины, искренне стремящейся приманить мужчину любовью, чтобы вместе идти по жизни, увеличивается грудь. Если женщина любит мужчину без задних мыслей, то ее грудь не вырастает до ненормальной величины.

Если женщина упрямо не желает завлечь мужчину любовью, раз сам он не делает первого шага, то грудь у нее остается маленькой. А если женщина перестает упрямиться, то маленькая грудь начинает увеличиваться, невзирая на возраст.

Если человек обреченно думает: «Все равно мне не получить того, о чем мечтаю», то жировая ткань становится дряблой. Дряблая душа есть дряблое тело.

Все равно вы моей доброты не замечаете — и талия становится дряблой.

Я не заслуживаю любви — и лицо, шея, грудь становятся дряблыми.

Мне все равно не разбогатеть — ягодицы, ляжки становятся дряблыми.

Злое «вы еще увидите, на что я способен» — и возникает целлюлит. Тогда действительно все прекрасно видно. Начало закладывается там, где злоба наиболее жгучая. Зачастую это ляжки и ягодицы, поскольку для современного человека работа является средством самоутверждения. Работой человек доказывает свою ценность.